Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Seminarist

В первом действии "Пиратов из Пензанса"

Мейбл говорит пиратам:

Hold, monsters! Ere your pirate caravanserai
Proceed, against our will, to wed us all,
Just bear in mind that we are Wards in Chancery,
And father is a Major-General!

А как они при живом отце оказались под опекой Канцлерского суда? Гилберт был юристом по образованию и не мог допустить явную нелепость. Надо ли понимать, что генерал-майор был неправоспособен? Или он не имел права распоряжаться той частью имущества их покойной матери, которая полагалась по завещанию дочерям?
Seminarist

Мальчик, вынимающий занозу

Со школы я помню этого мальчика: как он бежал на состязаниях, занозил пятку, но не остановился, а прибежал первым, и только потом сел, чтобы вынуть занозу.

А откуда мы, собственно, все это знаем? То есть откуда мы знаем, что он прибежал первым, что не сошел с дистанции, хромая, сразу же, как почувствовал в пятке острый шип? Что он вообще куда-то бежал? Что он именно занозу вынимает? Вдруг это на самом деле "Мальчик, чешущий себе пятку от нечего делать"? Или даже "Мальчик, втыкающий занозу в пятку, чтобы откосить от состязаний"?
Seminarist

Нас всех коробит

Время от времени попадаются в ленте посты о том, как авторов коробит от того или другого выражения (да, я тоже у себя в ленте).

Интересно, а зачем мы их пишем? Образованность показать? Устыдить читателей, которые по незнанию, может быть, наверное, неправильно говорят, а мы далеко, и не слышим, и не можем поправить? Добавить свой голос к непрерывному и вечному гулу, из которого рождается языковая норма?
Seminarist

Не то, чтобы мне не нравились мое имя и фамилия,

но иногда встречаешь имена, от которых острой завистью мгновенно пронзает весь организм: отчего так зовут не меня?!

Вот только что из журнала многоуважаемого rdp4v узнал, что в Москве живёт историк, преподаватель РГГУ, Владимир Григорьевич Чичерюкин-Мейнгардт.
Seminarist

Слушайте, они там ничему, кроме мёртвых языков, не учатся!

Буквально ничему, не только естественным наукам - ни математике, ни географии, ни истории, ни английской грамматике, ни литературе, ни Закону Божию, ни рисованию - ничему. Четыре урока в день - латынь и греческий, грамматический разбор древних авторов, перевод, сочинение латинских и греческих стихов. И всё. Между тем, ученик поступал в такую школу лет в 9. То есть, чему успели научить до этого - то и ладно. А до этого тоже в основном учили латинской грамматике. Герои читают Библию, но по своей инициативе. По воскресеньям утром бывает лекция (надо полагать, что-нибудь о Библии) - но это нововведение, личная инициатива нового директора. Проучившись эдак лет шесть-семь, школьник считался подготовленным к университету.

Тут как-то некий педагог возмущался "Гарри Поттером": неправдоподобно, что ученики изучают только специальные предметы - ни английского нет, ни математики. Он бы на Регби посмотрел.
Seminarist

Еще "Школьные годы Тома Брауна"

После игры в мяч выступает капитан школьной команды и увещевает учеников (от 8 до 16 лет) не ходить в пабы, и не пить там крепких напитков, пунша и другой подобной гадости. "Здесь вам дают достаточно хорошего пива, и этого с вас довольно!" И он не лукавит: пиво школьники пьют каждый день и, кажется, не один раз, а желающие покупают еще бутылочное.
Seminarist

Чему учат в школе

Знаменитый викторианский роман "Школьные годы Тома Брауна" (1857). Положительный сквайр Браун, отец заглавного героя, отправляет его в школу, и всю ночь раздумывает: что бы такое сказать на прощание повнушительней, чтобы пробрало?

"I won't tell him to read his Bible, and love and serve God; if he don't do that for his mother's sake and teaching, he won't for mine. Shall I go into the sort of temptations he'll meet with? No, I can't do that. Never do for an old fellow to go into such things with a boy. He won't understand me. Do him more harm than good, ten to one. Shall I tell him to mind his work, and say he's sent to school to make himself a good scholar? Well, but he isn't sent to school for that - at any rate, not for that mainly. I don't care a straw for Greek particles, or the digamma; no more does his mother. What is he sent to school for? Well, partly because he wanted so to go. If he'll only turn out a brave, helpful, truth-telling Englishman, and a gentleman, and a Christian, that's all I want,"

(Я не скажу ему читать Библию, любить Бога и служить Ему; если он матери в этом не послушает, то уж меня и подавно. Рассказать, какие его ожидают искушения? Нет, нельзя. Никогда старик не должен объяснять мальчику такие вещи. Он меня не поймет, и, десять против одного, только вред будет. Сказать, чтобы он усердно трудился, и что его посылают в школу, чтобы сделать ученым? Так его не для этого посылают - во всяком случае, это не главное. Мне дела нет до греческих частиц и дигаммы, да и его матери тоже. Для чего его посылают в школу? Ну, частью потому, что ему самому очень хотелось. Если он сделается храбрым, правдивым англичанином, готовым помогать людям, и джентльменом, и христианином - большего я и не желаю)

Этот ход мысли считается типичным для Англии 19 века. Иными словами, школьной программе как таковой общество уделяло немного внимания - детей учили латыни и греческому не потому, что латынь и греческий полезны, а потому, что их всё равно, чему учить. Примерно из таких же соображений Тарас Бульба послал сыновей в киевскую бурсу.
Seminarist

(К.И. Чуковский) рассказывал,

как директор гимназии Бургмейстер, фигурирующий в книге ("Серебряный герб" - S.), приехал к нему в Куоккалу о чем-то просить. Корней Иванович сначала согласился, и они отправились на станцию, чтобы вместе поехать в Петроград. Был сильный ветер, мороз, сани опрокинулись в яму. Корней Иванович вылез и стал вызволять Бургмейстера, а потом вдруг подумал: "Он меня исключил из гимназии, с какой стати я буду помогать ему?" И пошел домой.

Ольга Грудцова, "Он был ни на кого не похож"
Seminarist

Понимаешь

На первом курсе нам читал лекции по анатомии старый профессор В. Как-то он поднял меня (не помню, по какому поводу - кажется, я сидел на лекции без белой шапочки, которая отчего-то считалась частью обязательной формы) и о чем-то спросил. Я начал: "Понимаете...", но профессор оборвал меня довольно грубо и сказал, что нельзя старшему говорить "понимаете", как будто он какой-то дурак и не понимает. Я заткнулся, но дома со смехом рассказал об этом случае (профессор В. вовсе не был образцом изящных манер, да и вообще внушал скорее страх, чем уважение). Однако родители, к моему удивлению, с профессором согласились.

С тех пор я уже почти двадцать лет тщательно избегал этого оборота, вставляя вместо него "видите ли" или что-то подобное. А теперь задумался: какого лешего? Сам факт объяснения предполагает, что тот, кому объясняют, чего-то не понял. В этом нет ничего позорного - иначе и объяснять было бы невежливо.

Кому-нибудь еще приходилось слышать об этом правиле?