Вещи, о которых мало кто имеет верное представление

Seminarist
Виталий Е. Ермолин, студент холодных вод seminarist
Previous Entry Share Next Entry
Хорошо быть неучем -
каждый день открытия. Если бы меня вчера спросили, кто придумал такой размер, я бы сказал: конечно, Маяковский. А это Фет:
Свеча нагорела. Портреты в тени.
Сидишь прилежно и скромно ты.
Старушке зевнулось. По окнам огни
Прошли в те дальние комнаты.

размышление о размере само сформулировано в размере "хорошо быть кисою, хорошо - собакою..." Можно ли это назвать рекурсией?

Ничего себе.

Вас поражает мое энциклопедическое невежество?

По данному поводу рад составить компанию!

Извините, но если в последней строке убрать всего одну букву, у строфы прямо новый смысл появляется:

....
Пошли в те дальние комнаты!

Пойдем на антресоли!

скромно ты - в комнаты : знатная рифма! ради неё небось и написано все прочее

Это из сборника 1863 года, нераспроданного. Современники посчитали это полным мусором, тем более, что Фет в это время купил хутор и вместо того, чтобы страдать, как порвалась цепь великая, печатал у Каткова "человеконенавистнические" статьи по товарному сельхозпроизводству.

Вдобавок к тому его переводы (на мой взгляд, лучшие во многих случаях) громили за буквализм и корявость. А работая над переводами он, видимо, много видел нестандартных размеров и рифм.

Например, страшно разнесли и забыли его перевод "Юлия Цезаря".

Друзья и Римляне, внемлите. Хоронить
Я Цезаря являюсь, а не славить.
Зло от людей переживает их.
Добро ж от них хоронят часто с ними.
Пусть будет так и с Цезарем. - Ведь Брут
Сказал, что Цезарь был честолюбив.
Коль это правда - это злой порок
И за него ответил Цезарь зло.
Здесь с позволенья Брута и других
(А Брут вполне достойный человек,
Как все они, достойные все люди),
Пришел я речь над Цезарем сказать.
Он был мне друг, был справедлив и верен,
Но Брут сказал, он был честолюбив,
А Брут вполне достойный человек.
Он много пленных приводил к нам в Рим,
И выкуп их обогатил казну:
Где ж честолюбье Цезарь тут являл?
При воплях бедных Цезарь плакал сам;
Должно черствей бы честолюбье быть:
Но Брут сказал, он был честолюбив,
А Брут вполне достойный человек.
При вас на празднике я Луперкалий
Ему корону трижды предлагал,
И трижды он ее отверг. - Где ж честолюбье?
Но Брут сказал, он был честолюбив,
А он вполне достойный человек.
Я не желаю опровергнуть Брута,
А только то, что знаю, говорю.
Он дорог был вам всем не без причины:
Так что ж мешает вам о нем грустить?
О смысл! Ты в грубых перешел скотов,
А люди ум утратили. - Простите -
Моя душа здесь с Цезарем во гробе.
Пока я с ней в разлуке, замолчу.

(А Брут вполне достойный человек,
Как все они, достойные все люди)

как перевод

For Brutus is an honourable man;
So are they all, all honourable men--

-- это, по-моему, то, что называется "умри, лучше не напишешь". Нифига никто не понял.

?

Log in

No account? Create an account