Виталий Е. Ермолин, студент холодных вод (seminarist) wrote,
Виталий Е. Ермолин, студент холодных вод
seminarist

Доктор Левинсон

Наконец-то! Многоуважаемая maiva отыскала стихи Успенского про доктора Левинсона. Низкий ей поклон за это!

Однажды доктор Левинсон купил сервиз на шесть персон.
Нет, не так.
Однажды известнейший врач Левинсон
Сервиз приобрел на двенадцать персон.
Так лучше.
- Я принесу домой сервиз:
Вот будет для друзей сюрприз!
Куплю конфеты и халву
И непременно позову
Поэта Остера с женой.
Смирнова- это мой больной.
Его придется угощать,
Но не придется навещать.
Соседа выше этажом,
Который жил за рубежом,
Чтоб рассказал про зарубеж –
Памир, Париж и Бангладеш.
Муж соседки
По лестничной клетке.
Он музыкант, скрипач, альтист
И превосходный шахматист.
И мы за сладким чаем
С ним партию сыграем.
Еще позвать бы здорово
ПалВаса Никанорова.
Он человек толковый
Хотя и участковый.
Он приёмчики покажет
И про мафию расскажет:
Кто сидит, на сколько лет;
И даст потрогать пистолет.
А кто же будет главный гость,
Который всей программы гвоздь?
Да Хабибуллин Николай,
С его огромной балалай…
Большущей балалайкой,
Скрепленной медной гайкой.
Он работает дворником,
Выходной у него по вторникам.
Не беда, что сегодня среда,
Пять минут он отыщет всегда.
«Итак, - подумал Левинсон, -
Почти готов комплект персон.
Немного жен добавим,
И все… и точку ставим».
И вот с улыбкой на губах
Он шел себе и вдруг – бабах:
Летит один прохожий,
На круглый шар похожий!
Он летел таким шайтаном
С преогромным чемоданом…
Удар! Еще один удар!
Прохожий бряк на тротуар!
Целый час потом, ворча,
Он ругался на врача.
И видит доктор Левинсон:
Сервиз стал на десять персон.
Придется план переменить
И кое с кем повременить.
Он решает очень скоро:
- Обойдемся без Остера.
Он в медицине – ни гу-гу,
А сочинять и я могу.
И вот, сервизом грохоча,
Он шел, тихонько бормоча:
- Никаноров раз,
Хабибуллин два.
Для того кефир.
Для того халва!
Для того конфетки,
А этому таблетки!
Но вот подземный переход,
А в нем подземный пешеход.
Бежит такой прохожий,
На легкий танк похожий!
В одной руке его арбуз,
В другой спортивный карапуз.
Прохожий в сторону скакнул –
И там киоск перевернул.
Наш доктор тоже сделал скок,
Причем сервиз, конечно, - кок!
И понял доктор Левенсон –
Сервиз теперь на шесть персон.
Он час стоял, он час решал,
Гостей все больше уменьшал.
Потом он снова заспешил,
Поскольку наконец решил:
«Пусть будет каждый без жены.
Для чая жены не нужны.
Варенье и печенье,
Ликер для развлеченья
И умная беседа
Высокого соседа.
А жены дома посидят
И телевизор поглядят».
Он добежал в один присест…
И вот уже родной подъезд
С дубовыми дверями
А также с фонарями.
И там стоит поэт Остер.
В его руках журнал «Костер»,
В его губах улыбка,
Как маленькая рыбка.
-Привет, - он говорит врачу. –
Я прочитать тебе хочу
Последние сонеты
Про вредные советы.
Врач произнес:
-ЗдорОво, друг! –
И сверток выронил из рук!
И так подумал:
«Шлёма!
Сидел бы лучше дома».
И он понес в кошелке
Домой одни осколки:
Носики и ручки
И всяческие штучки.
Он стоит, вздыхает тяжко
И печально смотрит вниз:
Только блюдечко и чашка,
А ведь был такой сервиз!
- Кого же мне теперь позвать,
Чтоб хоть чуть-чуть попировать?
Кто ум имеет ясный
И собеседник классный?
-Да Хабибуллин Николай
С его веселой балалай…
Огромной балалайкой
И ярко-желтой майкой.
Он в русской музыке гигант,
И заодно починит крант.
Нет, кажется, не крант, а кран.
Тогда он в музыке титан.
И начал доктор Левинсон
Стол накрывать для двух персон.
И вот звонок –
И входит гость,
Который всей программы гвоздь.
Он в промасленной спецовке
И с бутылочкой перцовки.
А перед ним на полке
Лежат одни осколки.
Носики и ручки
И всяческие штучки.
- Что случилось?
Как же так?
Что, на вас наехал танк?
Или, может, в гололед
Вы ударились об лед?
-Но долой печаль и грусть,
Заучите наизусть:
В пять минут как минимум
Это мы починимум.
Он кисточки берт и клей…
И вот он, нового целей,
Стоит, сверкающий сервиз,
И гордо смотрит сверху вниз!
Вот новость так
Из новостей!
Скорей бегом созвать гостей!
- Соседа выше этажом,
Который жил за рубежом.
Смирнова,
Он хоть и больной,
Но для меня почти родной.
Поэта Остера с детьми,
Чтоб наконец-то, черт возьми,
Мы с ним могли закончить спор:
Он Остер или же Остёр?
И уж, конечно, здорово
Майора Никанорова
К себе домой позвать,
Чтоб с ним повоевать
На тему бандитизма
В эпоху коммунизма.
Он придет с большим букетом
И, конечно, с пистолетом.
И счастлив доктор Левинсон,
Как будто видит сладкий сон.
Как будто видит сладкий сон:
Вокруг друзья, а в центре ОН.
Вокруг друзья, а в центре ОН
Прекрасный доктор Левинсон!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments