?

Log in

No account? Create an account

Вещи, о которых мало кто имеет верное представление

Seminarist
Виталий Е. Ермолин, студент холодных вод seminarist
Previous Entry Share Next Entry
У Мошкова выложен раритет:
"Жизнь и приключения Робинзона Крузо, природного англичанина" в русском переводе с французского 1775 года (часть 1, часть 2).

Рубашки, коихъ было числомъ до трехъ дюжинъ, такожъ и прочее платье все износилось. Матросскіе тяжелые тулупы въ разсужденіи великихъ жаровъ были безполезны; нагому же ходить было не можно, за тѣмъ, что я самъ себя стыдился, а при томъ отъ солнечнаго жару дѣлилась по всему тѣлу пятна, а въ головъ великой ломъ. И хотя я и весьма берегъ свое платье, однакожъ принужденъ былъ на конецъ его за старостью бросить, а вмѣсто онаго здѣлалъ себѣ изо свезенныхъ мною съ корабля парусинныхъ лоскутьевъ длинную рясу, рукодѣлье мое было дурное, и по великомъ трудѣ, на силу сшилъ еще дна камзола, штаны и порты.

Выше сего объявлено, что я здиралъ кожи со всѣхъ убитыхъ четвероножныхъ звѣрей, и клалъ ихъ на солнцѣ, а отъ того большею частію такъ они засохли, что почти всѣ не годились; изъ годныхъ же здѣлалъ я себѣ шапку и пару платья. Парча поворочена была шерстью въ верхъ, камзолъ широкой, а штаны съ прорѣхами. Справедливость исторіи требуетъ признанія, что все сіе здѣлано было не по мѣркѣ. Мало разумѣлъ я столярной работы, однакожъ въ ней упражнялся, а портному мастерству зналъ гораздо меньше; но какъ бы то ни было, токмо сей уборъ дѣлалъ мнѣ отъ солнечныхъ лучей и отъ дождя великую защиту, и тѣмъ соотвѣтствовалъ моему намѣренію.

Сшивши платье, началъ дѣлать себѣ подсолнечникъ. Въ Бразиліи видалъ я, что отъ тамошнихъ жаровъ жители носятъ подсолнечники; въ обитаемомъ же мною мѣстѣ былъ равной жаръ, и едва не больше Бразильскаго, по тому что оное лежало ближе къ Экватору. Впрочемъ домашнія мои нужды требовали, чтобъ я и въ дождьливое время выходилъ изъ своей хижины, и для того необходимо надобно было имѣть подсолнечникъ. Сперьва, удалось мнѣ здѣлать такой, что хотя и распускался, однакожъ збирать его было не можно; по чему принужденъ бывалъ носить его надъ головою, что часто, а особливо когда въ немъ не было нужды, весьма казалось несноснымъ. Но наконецъ здѣлалъ сходствующей съ моими желаніями покрылъ его кожею, шерстію вверьхъ; имъ закрывался я отъ дождей и солнечныхъ лучей, въ случаежъ ненадобности складывая, носилъ всегда подъ пазухою.

Здорово. Интересно, а "подсолнечник" - это что было в английском оригинале?

Umbrella.

О как. Ни за что бы не догадался. А что, тогда в русском "зонтика" не было? Парасолька?

Я думаю, parasol. То есть, в оригинале, как указывают ниже, это umbrella, но во французском переводе, видимо, появилась и уже никуда не делась parasol.

Edited at 2019-01-11 05:40 am (UTC)

My clothes, too, began to decay; as to linen, I had had none a good while, except some chequered shirts which I found in the chests of the other seamen, and which I carefully preserved; because many times I could bear no other clothes on but a shirt; and it was a very great help to me that I had, among all the men’s clothes of the ship, almost three dozen of shirts. There were also, indeed, several thick watch-coats of the seamen’s which were left, but they were too hot to wear; and though it is true that the weather was so violently hot that there was no need of clothes, yet I could not go quite naked—no, though I had been inclined to it, which I was not—nor could I abide the thought of it, though I was alone. The reason why I could not go naked was, I could not bear the heat of the sun so well when quite naked as with some clothes on; nay, the very heat frequently blistered my skin: whereas, with a shirt on, the air itself made some motion, and whistling under the shirt, was twofold cooler than without it. No more could I ever bring myself to go out in the heat of the sun without a cap or a hat; the heat of the sun, beating with such violence as it does in that place, would give me the headache presently, by darting so directly on my head, without a cap or hat on, so that I could not bear it; whereas, if I put on my hat it would presently go away.

Upon these views I began to consider about putting the few rags I had, which I called clothes, into some order; I had worn out all the waistcoats I had, and my business was now to try if I could not make jackets out of the great watch-coats which I had by me, and with such other materials as I had; so I set to work, tailoring, or rather, indeed, botching, for I made most piteous work of it. However, I made shift to make two or three new waistcoats, which I hoped would serve me a great while: as for breeches or drawers, I made but a very sorry shift indeed till afterwards.

I have mentioned that I saved the skins of all the creatures that I killed, I mean four-footed ones, and I had them hung up, stretched out with sticks in the sun, by which means some of them were so dry and hard that they were fit for little, but others were very useful. The first thing I made of these was a great cap for my head, with the hair on the outside, to shoot off the rain; and this I performed so well, that after I made me a suit of clothes wholly of these skins—that is to say, a waistcoat, and breeches open at the knees, and both loose, for they were rather wanting to keep me cool than to keep me warm. I must not omit to acknowledge that they were wretchedly made; for if I was a bad carpenter, I was a worse tailor. However, they were such as I made very good shift with, and when I was out, if it happened to rain, the hair of my waistcoat and cap being outermost, I was kept very dry.

After this, I spent a great deal of time and pains to make an umbrella; I was, indeed, in great want of one, and had a great mind to make one; I had seen them made in the Brazils, where they are very useful in the great heats there, and I felt the heats every jot as great here, and greater too, being nearer the equinox; besides, as I was obliged to be much abroad, it was a most useful thing to me, as well for the rains as the heats. I took a world of pains with it, and was a great while before I could make anything likely to hold: nay, after I had thought I had hit the way, I spoiled two or three before I made one to my mind: but at last I made one that answered indifferently well: the main difficulty I found was to make it let down. I could make it spread, but if it did not let down too, and draw in, it was not portable for me any way but just over my head, which would not do. However, at last, as I said, I made one to answer, and covered it with skins, the hair upwards, so that it cast off the rain like a pent-house, and kept off the sun so effectually, that I could walk out in the hottest of the weather with greater advantage than I could before in the coolest, and when I had no need of it could close it, and carry it under my arm.


Спасибо!

Спасибо!
В переводе довольно много неточностей, оказывается:)

Это же классицизм. Переводчик не только может, но и должен исправлять и улучшать.

Зонтик за пазухой особенно прекрасен. Кстати, зацени, насколько мало изменился английский, и насколько всерьез изменился русский...

Освѣжаетъ.

"А въ головъ великой ломъ" - если там на самом деле "в головѣ", то это же аккурат размер "Интернационала"!

> въ головѣ великой ломъ

О! Есть израильский скетч буквально на эту тему:


https://www.youtube.com/watch?v=uV2JihvJvIY

Для тех, кто не: русское слово "лом" существует в иврите (наряду с "официальным" "мот"). Шутки (как и всё у этого коллектива) незамысловатые и без панчлайна: "Почему вы такой нервный?" – "Почему я такой нервный?.. Хм... Давайте подумаем... Может быть, ПОТОМУ ЧТО У МЕНЯ В ГОЛОВЕ ЖЕЛЕЗНЫЙ ЛОМ?????" – "Есть ли у вас вопросы?" - "Да, пожалуй... Какой город является столицей... А, нет! КОГДА ВЫ НАКОНЕЦ ДОСТАНЕТЕ ЭТОТ FUCKING ЛОМ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ???!!!"

Ой, какая красота!

какая прелесть! Но врать не буду, на «посолнечнике» застряла, пока не поняла, что это - парасоль. ))