Вещи, о которых мало кто имеет верное представление

Seminarist
Виталий Е. Ермолин, студент холодных вод seminarist
Previous Entry Share Next Entry
У Диккенса в "Дэвиде Копперфильде"
главного героя зовут Давид, а его антагонист - Урия. В то время, как библейский Давид совершает подлость и губит Урию из-за женщины, диккенсовский Урия совершает подлость и едва не губит Давида - тоже из-за женщины. Интересно, это что-нибудь значит или просто так?

Как интересно.

По-моему, сознательная игра на стереотипах.

Просто имена.

Гугл-схолар говорит, что это общее место в диккенсоведении: см. Dickensian за 1978 и 1979 годы, а также это:
http://www.jstor.org/stable/20467021?seq=1#page_scan_tab_contents

Я как-то на "бакановской конференции" слышал роскошный доклад переводчицы Татьяны Китаиной о библеизмах в английской (точнее, англоамериканской) литературе, их особенностях и трудностях их перевод на русский язык. Получалось, что та литература просто звенит отсылками и скрытыми цитатами, и переводить это крайне сложно, так как у нас ничего такого не принято.

Разумеется, не случайно. Такие вещи у англичанина 19 века просто не могут быть случайными.

Вообще библейские ветхозаветные имена он иногда дает с иронией или намеком: Job Trotter, Jonas Chuzzlewit, Abel Magwitch.

Вечно плачущий Иов и очень, очень хороший сын Авель - это понятно, но вот как привязать Иону?

А, виноват, не тот Авель. Но там тоже можно привязать - у него есть свой Каин, которого он хочет убить.

Edited at 2017-04-22 10:43 pm (UTC)

С Мэгвичем, вероятно, многослойная ирония - Пип считает его чудовищем, а на самом деле он, в сущности, невинный Авель, от которого Пип, как Каин, мечтает избавиться.
Про Джонаса - да, Вы правы, историю библейского Ионы не привяжешь.
Можно заметить сходство сюжета: оба негодяя, Джонас и Урия, с полным презрением относятся к людям, которые незаметно подготавливают их крушение: к Чаффи и к Микоберу, и не ждут опасности с этой стороны, но это к теме не относится.

?

Log in

No account? Create an account